«Олимпиада виноградников»
Вступление
Когда мы говорим о знаменитых людях, величайших художниках или непобедимых полководцах, споры могут продолжаться веками. Но когда речь заходит о виноградниках, ситуация оказывается ещё сложнее.
За две с половиной тысячи лет развития качественного и эффективного виноделия разные поколения называли лучшими совершенно разные места, засаженные лозой.
• Для древних греков величие виноградника было связано с гармонией вина и человека.
• Для римлян — с могуществом империи.
• Средневековые монахи искали в винограднике отражение Божьего замысла.
• Позднее пришли классификации, мировая торговля, великие негоцианты, научные открытия, филлоксера, слепые дегустации и Новый Свет.
Каждая эпоха искала собственный ответ на вопрос, а что такое великий терруар? А можно ли вообще спросить:
Существует ли виноградник, который можно назвать величайшим за всю историю человечества?
Если такой действительно существует, то почему споры на эту тему не прекращаются уже многие столетия? Почему вино продолжает открывать миру всё новых претендентов на этот исключительный титул? И почему ни один из них так и не получил того признания, с которым согласились бы все без исключения?
Именно с этого вопроса и родилась идея «проведения» полностью придуманного нами необычного соревнования — воображаемой Олимпиады великих терруаров разных времён и народов по примеру классических спортивных Олимпийских игр. На ней встретятся не современные хозяйства и их бренды, а именно виноградники, изменившие историю вина. Они будут представлять разные эпохи, разные страны и разные представления о величии. Одни принесут с собой две тысячи лет истории, другие — смелость нарушать устоявшиеся традиции. Одни будут говорить языком философов и монахов, другие — языком науки, торговли и технологий.
И, возможно, к концу этой Олимпиады мы поймём, что главный вопрос заключается вовсе не в том, кто достоин золотой медали. Гораздо важнее понять, почему разные эпохи вновь и вновь называли великими совершенно разные виноградники? Что именно люди искали в них? Почему одни восхищались гармонией, другие — властью, третьи — традицией, четвёртые — смелостью изменять привычные правила?
Возможно, величие виноградника рождается не только в почве, климате, лозе и человеке, работающем с ней. Оно рождается ещё и в том, что каждое поколение видит в нём отражение собственных представлений и ценностей.
Перед началом соревнований
► Но почему именно это должна быть Олимпиада?
👉 Первые Олимпийские игры в Древней Греции были прежде всего религиозным праздником в честь Зевса. Наша Олимпиада великих виноградников, конечно, не претендует на подобную священность. Но если уж ей нужен небесный покровитель, то им может быть только Дионис — бог вина, виноградной лозы и праздничного опьянения. В конце концов, кому ещё судить о споре земли, лозы, вина и человека?
В последующем Олимпийские игры стали не просто спортивным соревнованием. Они превратились во встречи разных стран, эпох, традиций и школ, каждая из которых по-своему понимает путь к совершенству — спортивному, научному, сельскохозяйственному, технологическому.
История великих виноградников устроена почти так же.
Бургундия, Бордо, Токай, Мозель, Дору, Херес, Калифорния или Пьемонт никогда не стремились стать копиями друг друга. Каждый регион шёл своим путём, искал собственный идеал и оставил миру своё понимание того, каким может быть великое вино и виноградник, с которого оно сделано.
Наша условная Олимпиада позволяет собрать их всех вместе — не для того, чтобы заставить выступать по единым правилам, а чтобы дать каждому возможность рассказать свою историю. Здесь древние могут спорить с современностью, монахи — с учёными, традиции — с инновациями, а старейшие европейские лозы — с молодыми виноградниками Нового Света.
Реальная Олимпиада — это единственное событие, где никто не удивляется тому, что на одной арене одновременно оказываются люди, которых в реальной жизни разделяют тысячи километров, разные языки и судьбы. Мы спокойно принимаем, что в одном строю идут японец, кениец, аргентинец, француз и канадец.
Так и на нашей Олимпиаде вместе оказываются древние греки, римские сенаторы, цистерцианские монахи, португальские виноградари, британские негоцианты и калифорнийские энологи.
Именно поэтому Олимпиада стала самой естественной формой для этого воображаемого путешествия от древней истории и до наших дней. Ведь её главный смысл — не определить сильнейшего любой ценой, а показать, насколько разными могут быть пути к истинному величию.
Пролог
🔥 Зажжение «олимпийского огня»
Любой Олимпиаде предшествует торжественное зажжение олимпийского огня.
👉 В Древней Греции не существовало знакомой нам церемонии «зажжения олимпийского огня» с последующей факельной эстафетой. В Олимпии постоянно поддерживались священные огни у алтарей богов; огонь тогда имел религиозное значение и связывался с божественным началом.
В современных Олимпиадах постоянный олимпийский огонь появился в 1928 году, а привычная эстафета олимпийского факела — в 1936-м. Сегодня огонь зажигают в Древней Олимпии: актриса в образе верховной жрицы с помощью параболического зеркала концентрирует солнечные лучи и зажигает факел. Затем начинается эстафета, которая доставляет огонь к месту проведения Игр, где во время церемонии открытия зажигают олимпийскую чашу.
Огонь Олимпиады великих виноградников мы решили зажечь на вершине горы Везувий — вулкана, чьи пепел и лава веками питали лозы Кампании. Он олицетворял одновременно смерть и возрождение, разрушение и плодородие, огонь и землю — катастрофу, породившую великие почвы. Наш огонь пришёл не с неба, а из земли, на которой и растёт виноградная лоза.
► Но как зажечь такой огонь?
И у «организаторов» соревнований сразу же стал философский вопрос: откуда рождается величие земли, дающей виноград — от природы, человека или богов?
С греческой стороны было слышно:
— Надо использовать только солнце и чистый небесный свет, как в древней Олимпии. Мы для этого взяли с собой огромною линзу.
Но небосвод в этот момент затянули густые тучи. И римляне рассмеялись:
— Солнца нет. Такая великая империя, как наша, не может ждать чистого неба. Она слишком большая для этого!
Современные инженеры предложили использовать лазер, электрическую дугу или титановую горелку.
Монахи возразили:
— Огонь величия не может быть искусственным.
Тогда факел поднесли к трещине на склоне Везувия, где из глубин земли выходил жар — не человеческий, не небесный, а земной.
Некоторые свидетели утверждали, что огонь зажгли от раскалённого камня. Другие — что факел вспыхнул сам от вулканического дыхания, едва его подняли над кратером.
Великая Олимпиада терруаров началась там, где огонь рождался из самой земли.
На склонах Везувия факел прикоснулся к вулканическому дыханию — и вспыхнул
Как бы то ни было — олимпийский огонь возгорелся и Олимпиада великих виноградников началась.
Парад участников
После зажжения огня участники Олимпиады двинулись в римский Колизей. Почему именно туда? Настоящие античные Олимпийские игры проходили в греческой Олимпии, а вовсе не в Риме. Но для нашей воображаемой Олимпиады великих виноградников мы выбрали Колизей сознательно. Нам нужна была арена, на которой могли бы одновременно встретиться разные эпохи, страны и представления о великом вине. Колизей стал идеальной декорацией: узнаваемый символ Античности, огромная арена для парада и состязаний и, главное, место, где сама история словно присутствует на трибунах.
В конце концов, наша Олимпиада никогда и не обещала соблюдать географические границы или законы времени
По утоптанной веками знаменитой арене, пропитанной потом, кровью, вином и пылью империи, начали двигаться делегации виноградников и регионов:
🏺Греки
По олимпийской традиции шествие открыли греки с амфорами вин Самоса, Хиоса и Фасоса. Рабы несли огромные кратеры для смешивания вина с морской водой, а воздух вокруг делегации был наполнен запахом смолы, оливкового масла и нагретого солнцем моря.
Среди греков были замечены философы, поэты, нимфы, красивые юноши с венками из плюща и виноградных листьев. Казалось, греки прибыли не на соревнование, а на весёлый праздник Диониса, где спор о величии виноградников был лишь продолжением разговоров о природе красоты, удовольствия и смысла самой жизни.
По традиции шествие открыли греки с амфорами вина, философами и музыкантами симпозиумов. Вместе с ними в Колизей вошли поэты, красавицы, юноши и сама идея о том, что великое вино создано не только для питья, но и для беседы
Способен ли великий виноградник рождать великие мысли — или лишь огромные иллюзии?
🏛️Римляне
Настоящий взрыв восторга на трибунах древнего Колизея произошёл, когда диктор объявил выход римской делегации. Казалось, сама арена узнала своих. Каменные стены, две тысячи лет наблюдавшие за триумфами и поражениями, словно на мгновение вновь стали амфитеатром древнего Рима. Аплодисменты долго не стихали, а участники других делегаций с улыбкой уступили хозяевам эти несколько минут заслуженного торжества.
Посланники великой империи представляли земли Фалерна, Цекуба и Массика. Впереди сенаторы в белых туниках. Между ними важно шествовал Инцитат — конь Калигулы, выглядевший ничуть не менее достойным сенатором, чем многие другие.
Следом рабы несли огромные сосуды со знаменитыми винами, за ними шествовали императорские дегустаторы и наводящие страх легионеры охраны.
В специальных корзинах вольные римляне везли завёрнутый в солому и мешковину лёд с альпийских горных вершин. Даже здесь империя не желала отказываться от роскоши охлаждённого вина. Она могла себе это позволить.
Хозяева Олимпиады пришли как подобало империи. Сенаторы, легионеры, фалернское вино и даже Инцитат — конь Калигулы, выглядевший ничуть не менее достойным сенатором, чем многие его коллеги
Способна ли империя сделать виноградник великим — или великими становятся лишь те земли, которые переживают любые империи?
🌱Монахи Бургундии
За ними бесшумно двигалась делегация Бургундии в строго предписанном порядке, бесстрастно созерцая присутствующих зрителей. Они сопровождали свой размеренный шаг тихими молитвами, не обращая внимания на шум трибун. Монахи-цистерцианцы несли карты склонов, куски известняка из местных почв и старые рукописи с описанием виноградников — свидетельства многовекового наблюдения за землёй.
Пока другие делегации говорили о славе, богатстве и власти, бургундцы принесли на Олимпиаду землю, память и лозу. Они пришли не побеждать, а свидетельствовать
Казалось, они прибыли не на Олимпиаду терруаров, а на богослужение, где величие земли следовало не доказывать, а смиренно распознавать через время, упорство и послушание.
Можно ли приблизиться к совершенству, если искать не славу, а смирение?
⛰️Монашеские братства из Германии
Немцы из долины Мозеля привезли с собой куски синего сланца, холодный речной туман и длинные речи о благословенном свете, отражённом Рейном. Они могли подробно объяснить, как крутые речные склоны собирают редкое северное солнце, а камень удерживает дневное тепло, сохраняя его для лоз.
В этой делегации шли монахи из хозяйства Schloss Johannisberg, которые гордились случайностью своего открытия вин позднего сбора в 1775 году, когда гонец, отправленный в Фулду за разрешением местного князя-аббата начать сбор урожая, вернулся с опозданием на две недели. Это позволило ягодам винограда перезреть под осенними туманами, кардинально изменив представление Европы о сладком вине.
С собой они привезли толстые книги классификаций, где вина были аккуратно разделены по степени зрелости ягод, словно порядок природы можно было выразить через точность языка и концентрацию сахара в ягодах.
С берегов Рейна и Мозеля монахи принесли сланец крутых склонов, северное солнце и главное своё умение — не торопить природу
Иногда величие виноградника проявляется в способности человека не испугаться того, что сначала кажется испорченным урожаем.
Неужели величайшие открытия иногда совершаются именно тогда, когда человек перестаёт торопить природу?
Но тут раздалась реплика со стороны Калифорнийской делегации:
— А обязательно ли ждать несколько столетий? А что, если природу можно понять гораздо быстрее, а потом научиться ей помогать?
🗺️ Португальцы
Португальцы прибыли вместе с суровыми виноградарями Дору, чьи руки напоминали террасы их виноградников — такие же грубые и выжженные солнцем. Они несли камни со склонов реки Дору и говорили о жаре, засухе и лозах, научившихся выживать среди сланца.
В их рядах можно было заметить и британских купцов — владельцев основных домов Порта, внимательно следивших, чтобы величие виноградников не забывало и о выгоде морской торговли. Они выглядели так, будто уже подсчитывали будущую стоимость победы в Олимпиаде великих терруаров.
В долине Дору земля рождала вино. Виноградари придавали ему характер. Купцы несли его миру
Начинается ли величие виноградника там, где заканчивается его дорога к морю?
🛢️Испанцы
Испанцы прибыли с бочками хереса, старыми бутылками Риохи и красноватой пылью Приората на сапогах. Среди их делегации были замечены монахи, андалусские виноделы, баскские негоцианты и потомки семей, веками следивших за солерами Хереса. Они говорили о выдержке как о чём-то сакральном, словно речь шла не о вине, а о достоинствах самого человека. Ни одна другая делегация не доверяла выдержке так как испанцы. За ними тянулся запах старого дуба, морского ветра и раскалённой земли.
Пока другие спорили о почвах, испанцы напоминали о времени. Система «солера» сохраняет память прошлых урожаев внутри каждого нового вина
Может ли великий виноградник победить время — или он просто учится жить вместе с ним?
🇮🇹 Итальянцы
Следом на арену вышла итальянская делегация — пожалуй, самая многочисленная, пёстрая и наименее согласованная из всех.
Тосканские землевладельцы несли корзины с санджовезе, старые гербы семей Антинори и Фрескобальди и свитки с будущей формулой Кьянти, которую после многолетних экспериментов в 1872 году вывел барон Беттино Рикасоли. Представители Пьемонта вели за собой суровых виноградарей Ланге, привезших лозы неббиоло и карты склонов Бароло и Барбареско. Венето выставило небольшие бочки и грозди винограда, приготовленного для подвяливания, а сицилийцы несли чёрные вулканические камни Этны, словно напоминая, что огонь способен не только уничтожать землю, но и делать её плодородной.
Каждая группа шла под собственным знаменем, громко споря с соседями о сортах, выдержке и праве представлять Италию. Иногда казалось, что итальянцы соревнуются не столько с другими делегациями, сколько между собой.
Италия не искала единственный путь к великому вину. Она превратила разнообразие своих земель в главное национальное богатство
Но именно в этом они и видели свой главный аргумент. Италия не предлагала миру единственную формулу великого терруара. Она утверждала, что величие способно принимать десятки обличий — от туманных склонов Пьемонта и холмов Тосканы до вулканических земель Сицилии.
Может ли страна стать великой винной державой именно потому, что так и не выбрала единственный путь к совершенству?
👑 Венгры
Венгры несли в своих руках золотистые вина Токая, рождённые благородной плесенью, и старые карты с обозначенными границами винодельческих земель. Они напоминали, что ещё в XVIII веке токайские виноградники начали разделять по качеству, а в 1737 году королевский указ официально определил границы региона и круг поселений, имевших право на имя Tokaj.
Токай пришёл на Олимпиаду с золотыми винами, древними картами и памятью о первых официально определённых границах великого винодельческого региона Европы
Задолго до Классификации Бордо и демаркации Дору Венгрия попыталась закрепить величие вина не только славой и королевскими тостами, но и законом.
Становится ли виноградник великим после того, как его границы нанесены на карту, — или карта лишь признаёт величие, которое земля обрела гораздо раньше?
🌍 «Новый Свет»
Следом шла смешанная делегация представителей Нового Света — аргентинцы с высокогорными виноградниками Мендосы, где лозы поднимались к самым снегам Анд; чилийцы, уверявшие, что сама природа защитила их земли от филлоксеры стеной океана, пустынь, гор и божественной удачи.
Австралийцы привезли раскалённую красную землю Бароссы и старые лозы Шираза, пережившие европейские катастрофы, а южноафриканцы — ветра мыса Доброй Надежды, вино Констанция и спокойную уверенность людей, слишком давно научившихся выращивать лозу на самом краю известных винному миру земель.
Можно ли унаследовать великое винодельческое прошлое? Или каждое поколение должно заслужить своё собственное?
💻 Долины Калифорнии
Представители Калифорнии вошли на арену Колизея следующими. Их сопровождали архитекторы виноделен с мировыми именами, дипломированные агрономы, инженеры ирригационных систем и консультанты по маркетингу. Старый Свет встретил их настороженным молчанием.
Вместе с женщиной за рулём трактора ехал XXI век. Калифорния напоминала Олимпиаде, что история вина ещё не закончена
В отличие от остальных делегаций, они говорили не столько о памяти земли, сколько о её потенциале. Напа привезла геологические карты почв, климатические модели, созданные ИИ, спутниковые снимки виноградников в режиме 24/7 и уверенность людей, считавших, что великий terroir можно не только унаследовать, но и создать самостоятельно с нуля. Где-то среди трибун бургундские монахи едва заметно переглянулись.
Если великий terroir можно создать, остаётся ли он божественным чудом природы?
⚠️ Беды виноградников
Парад участников завершала разношёрстная делегация, которую официально и не приглашали, но без которой история великих виноградников была бы невозможна.
Сначала появились весенние заморозки — бледные фигуры, несущие почерневшие молодые побеги лоз.
Следом двигался град, сопровождаемый глухим шумом барабанов, словно ледяные камни вновь били по великим виноградникам Бургундии и Шампани.
За ними шли гниль, милдью и оидиум — в серых плащах, пахнущих сыростью погребов и полностью погибшим урожаем.
Дальше в «команде напастей» были замечены лесные пожары, засуха, палящее солнце и жаркие ветра новых климатических эпох.
Где-то чуть поотстав почти незаметно двигалась и «пробковая болезнь» — тихая напасть, способная уничтожить великое вино уже после того, как оно было создано, превращая годы труда, ожидания и надежд в запах сырого картона и мокрого подвала. Как напоминание — враг может быть не только на винограднике, но и в подвале и бутылке.
Но трибуны по-настоящему притихли лишь тогда, когда на арену вынесли маленькое насекомое в стеклянном сосуде.
🐛 Филлоксера.
Та самая, что разделила историю вина на до и после.
Ни одна делегация не аплодировала их появлению. Потому что каждый великий виноградник мира знал: его история — это не только история славы, но и летопись постоянного выживания.
Величие виноградника измеряется не только тем, что он создал, но и тем, что сумел пережить
Делегации выстраивались на арене Колизея в ожидании зажжения олимпийского огня
Когда парад делегаций закончился и все участники расположились в отведённых для них секциях утоптанной арены Колизея, на арене стало тихо. Через центральный проход появился последний факелоносец. В его руках горел тот самый огонь, который был получен на вершине Везувия из глубин земли. Он поднялся к большой чаше, установленной над ареной Колизея, и коснулся её факелом.
И пламя вспыхнуло над древними стенами.
Затем над Колизеем медленно поднялось знамя Олимпиады великих виноградников. На светлом полотнище была изображена золотая виноградная лоза, обвивающая древний кратер.
Огонь, рождённый у Везувия, зажёг олимпийскую чашу. Над Колизеем поднялось знамя с золотой лозой — Олимпиада великих виноградников была открыта
Олимпиада великих виноградников была открыта
Впереди не ожидалось забегов, прыжков или метания копья. На этой Олимпиаде предстояло состязаться не силой мышц, а силой аргументов. Каждой делегации предстояло выйти на импровизированную трибуну и попытаться убедить остальных, что именно её виноградники заслуживают называться величайшими в истории. Одни собирались говорить о тысячелетиях традиций. Другие — о геологии, климате и уникальности терруара. Третьи готовились рассказывать о людях, которые веками создавали великие вина, несмотря на войны, болезни лозы и капризы природы. Четвёртые — о величии своей эпохи, выступая в роли её адвокатов.
Победителя заранее не знал никто.
Потому что главным судьёй на этой Олимпиаде должно было стать не жюри, а сама история
Продолжение следует…
Leave a Reply