Глава 2. Рим
Главу 1 «Карфаген» можно увидеть здесь…
Часть 1
Вступление
«In vino veritas» («Истина в вине»)
латинская поговорка, упоминаемая Плинием.
Когда мы думаем о Риме, в памяти всплывают легионы воинов в сверкающих доспехах, мраморные колонны форумов, шумные трибуны амфитеатров. Но у этой империи была и другая кровь — не только красная, что текла в жилах солдат, но и тёмно-рубиновая, хранившаяся в глиняных амфорах.
Рим нельзя было представить без вина. Там, где шли легионы, рядом текло и вино — второй поток, питавший империю.
Знаменитая Аппиева дорога — via Appia, regina viarum, «царица дорог». По её гладким плитам маршируют колонны легионеров: блеск шлемов, звон оружия, отточенный ритм шагов. Но стоит отвести взгляд к обочине — и рядом идут другие колонны: повозки, скрипящие под тяжестью амфор. В этих сосудах — вино из Кампании, сок лозы, не менее важный для Рима, чем сталь мечей.
Так армия и вино делили одну дорогу: одна приносила силу и порядок, другое — жизнь и радость.
…Аппиева дорога, 216 год до н. э.
В этом году состоялась битва при Каннах (лат. Cannae) на юге Италии, в Апулии (не путать с французскими Каннами – фр. Cannes, где сейчас ежегодно проходит престижный кинофестиваль). Там великий карфагенский полководец Ганнибал Барка (247–183 до н.э., тот самый, который двумя годами раньше в 218 году до н.э. совершил дерзкий марш – перевёл свою армию, включая боевых слонов, через Альпы в Италию) окружил и разгромил римское войско. Десятки тысяч легионеров легли на поле сражения. Для Рима это было не просто поражение — это был шок, угроза самому существованию республики. После битвы остатки легионов двинулись к Риму по знаменитой Аппиевой дороге. Колонны израненных солдат возвращались домой: пыльные лица, опущенные головы, тяжёлое молчание. Но рядом, по обочине, тянутся повозки с амфорами вина. Для кого-то — это трофей, для кого-то — лекарство, для кого-то — единственное утешение после страшного поражения. Вино сопровождало солдат и в победе, и в поражении. Так Аппиева дорога стала символом: по ней одновременно шли и величайшее унижение Рима, и напиток, который был частью его силы и культуры.
Вино в Риме наполняло кубки чаще, чем вода. Оно сопровождало жизнь людей от рождения до смерти – в обрядах, в медицине, в дипломатии.
2.1 Вино как символ Рима
«Nunc est bibendum, nunc pede libero pulsanda tellus»
(«Теперь пора пить, теперь пора свободной ногой ударять в землю!»)
Гораций, «Оды» (I, 37)
И если Карфаген был городом купцов, для которых торговля вином было искусством выживания, то Рим превратил вино в фундамент своей цивилизации — в символ могущества и культуры. От виноградников Кампании и Этрурии до гор Испании и долин Галлии — лозы подчинялись орлу (aquila) – военному и государственному символу Рима.
Для Рима вино было и товаром, и культурой, и политикой. Оно было больше, чем напиток, становясь мерилом цивилизованности: варвар пьёт пиво, раб пьёт воду, а гражданин Рима поднимает кубок вина.
→ Вино сопровождало религию: бог Liber Pater считался покровителем лозы и плодородия. Оно было обязательной частью жертвоприношений: когда приносили в жертву животное, боги получали не только мясо и зерно, но и вино. Его выливали на землю или на жертвенный огонь — этот ритуал назывался libatio (либaция). Даже латинское слово liber («свободный») связано с этим актом возлияния. Праздники в честь этого бога, Либералии (17 марта), были временем веселья, песен и свободы, когда народ отмечал пробуждение природы и торжество вина. На похоронах умерших обязательно клали сосуды с вином — чтобы и они могли «пить» в загробном мире. Даже клятвы иногда сопровождались совместным питьём вина: считалось, что оно делает слова святым обетом.
→ Вино сопровождало философию: оно оживляло диспуты, расслабляло ум, но вместе с тем, как говорили стоики, испытывало человека на прочность.
→ Вино сопровождало политику: немало решений в Сенате было принято после пира, когда речь текла так же легко, как и вино из кубков.
Для римлянина вино было частью мира, в котором он жил, — как форум, как термы, как армия. Без вина Рим был бы невозможен.
…Пир у сенатора, 50 годы до н.э., Рим, Эсквилинский холм, роскошь и закат республики.
В просторной центральной комнате дома сенатора пахнет благовониями и жареным мясом. На мозаичных полах — ковры, на стенах — картины с изображением бога Вакха (лат. Bacchus, римский бог вина, виноделия, опьянения и экстаза). Гости лежат на ложах, рабы подносят кубки. Вино течёт — белое из Фалерна, красное из Каекуба, сладкое mulsum, смешанное с мёдом. Разговоры переходят от политики к поэзии, от военных побед к личным шуткам. Вино — не только напиток, но и «смазка» общественной жизни. Здесь формируется неофициальный Рим — Рим тостов, дружб и тайных договоров.
2.2 Этнические корни римлян
Рим — это не «чистый» народ, а удивительный сплав:
• Латины — коренное население области Лация, маленького региона вокруг будущего Рима. Их язык лёг в основу латинского, ставшего языком империи. Латины жили землёй и виноградной лозой: маленькие поселения, пашни и первые амфоры. Но у них вино было скорее деревенским напитком, частью земледельческого цикла.
• Этруски — более развитый северный сосед, загадочный народ с собственной культурой, письменностью и религией. Этруски оказали сильное влияние на ранний Рим: царская власть, обряды, архитектура и первые навыки виноделия. У них вино уже стало культурным кодом — винные сосуды, пиры, религиозные ритуалы. Этруски учили римлян пить вино не как деревенский напиток, а как часть обряда, сопровождаемого музыкой, ритуалом и изысканной посудой.
• Греки — особенно колонии на юге Италии (Magna Graecia). Греки принесли культуру symposion (совместного питья), философию и развитую винную традицию. Через них Рим воспринял саму идею, что вино — это символ цивилизованности, философия «вина и беседы», традиция посвящать вино богам, вино как символ цивилизованности и границы между «нами» и «варварами».
• Сабины, самниты и другие италийские племена — воинственные соседи, они внесли в этот сплав свои обычаи, воинский дух и сельскую практику. Даже сам миф о похищении сабинянок говорит о том, что Рим формировался через смешение народов.
Таким образом, римляне — это дети латинов, воспитанные этрусками, вдохновлённые греками и закалённые в борьбе с соседями. Рим всё это вобрал и превратил в собственный универсальный символ власти и единства. Вино стало одним из таких заимствований — и вскоре превратилось в печать римской идентичности.
2.3 Лоза в седельной сумке
Римские легионеры кроме меча, щита и доспехов, часто везли с собой ещё одну «оружейную» вещь — маленькие саженцы виноградной лозы и они закапывали в землю их там, где вставали лагерем. Лозы были живыми знаками империи, пускавшие корни вместе с их фортами. И если дороги соединяли новые земли с Римом, то виноградная лоза объединяла их культурно. С её помощью Галлия, Испания, Паннония и Британия становились частью общего римского мира.
…Историческая ремарка
Археологи и историки подтверждают: именно римляне впервые заложили виноградники во многих европейских регионах, которые мы сегодня считаем классическими винными землями. В I веке н. э. они высадили лозы в Аквитании (будущее Бордо), на берегах Рейна и в Мозеле (будущая Германия), в Британии при императоре Пробе (III век).
Именно поэтому сегодня, пробуя бордоское или мозельское вино, мы невольно ощущаем наследие Рима. Лозы этих земель — прямые потомки тех черенков, что когда-то легионеры бережно везли в своих сумках. Европа стала «винной» именно потому, что Рим сделал виноград символом цивилизации.
2.4 Империя виноградников
«Felices olim vites, quae Romam satiare poterant»
(«Счастливы были лозы, которые могли насытить Рим»)
— Колумелла.
Римская империя дышала вином. В Кампании на склонах Везувия, в Этрурии, в долинах Бетики (Испания) и на равнинах Галлии лозы покрывали землю, словно живая сеть. Вино производилось в таких масштабах, что стало почти столь же важным, как хлеб и масло. Плиний писал, что «в Италии нет ни одного склона, где бы не рос виноград».
…урожай в Кампании на склонах Везувия, I век до н.э.
Жаркий день, рабы собирают виноградные гроздья, складывая их в плетёные корзины. Крики, песни, звон серпов. Винотопы босыми ногами давят ягоды, сок течёт по желобам в огромные долии — глиняные сосуды. Сок бродит, превращается в вино, и через несколько недель амфоры уже готовы к дороге: одни пойдут в Рим, другие — в Африку, третьи — на север, за Альпы.
2.5 Великие вина
Некоторые вина того времени получили почти мифологический статус.
→ Фалернское (Falernum) — вино из Кампании, которое воспевали поэты, оно подавалось императорам и считалось самым престижным и дорогим вином Рима. Отличалось крепостью (Плиний Старший пишет, что оно могло воспламеняться от искры!) и тем, что долго выдерживалось в амфорах.
→ Сетинское (Setinum) — производилось в городе Сетия (ныне район Лация),
любимое вино первого римского императора Октавиана Августа, который предпочитал его за «лёгкость» и мягкий вкус. Славилось тем, что не давало тяжести и головной боли — в отличие от крепкого Фалернского.
→ Каекубское (Caecubum) — родом из прибрежной зоны у залива Гаэта (между Кампанией и Лацио), редкое и дорогое. Поэты (Гораций, Марциал) называли его «редчайшим и драгоценнейшим вином Италии». Отличалось ярким ароматом и считалось изысканным, но со временем утратило славу: виноградники запустели после разрушения каналов в эпоху Нерона.
Все эти вина были римскими «брендами», за которыми охотились так же страстно, как сегодня за Бордо или Бургундией.
…Кубок Октавиана Августа, 10 год до н.э., Рим, Палатинский холм, начало империи
Во дворце на Палатине император Август принимает гостей. На мраморном столе — кубки из серебра, блюда с фруктами, дымящиеся кушанья. Но главное украшение пира — амфоры из маленького городка Сетия, расположенного на склонах Апеннин. Рабы осторожно разливают золотистое вино в кубки. Август поднимает свой и, улыбаясь, произносит:
— Вот напиток, достойный мира, который мы принесли!
С тех пор Сетинское вино стало любимым при дворе и приобрело славу «императорского». Оно подавалось на официальных пиршествах, становясь символом новой эпохи — эпохи, где Рим уже не республика, а империя.
Часть 2, Второй главы «Рим» можно найти здесь…
Leave a Reply